26.08.2017 / 12:06

Расследование: как белорусы переплачивают тысячи долларов за бесплатные операции в государственных клиниках 93

«Нашей Ниве» стало известно о ситуации, в которой оказался пенсионер, бывший высокопоставленный работник прокуратуры. Его случай позволяет разобраться в схеме, по которой дельцы легально вынуждают белорусов покупать протезы по космическим ценам с молчаливого согласия (или при содействии) врачей.

С чего все началось

Этому пенсионеру сделали операцию в 6-й больнице Минска. Ему поставили эндопротез: поменяли сустав в бедре ввиду тяжелого заболевания — коксартроза.

Эндопротез состоит из четырех элементов, заменяющих удаленные органы.

Так выглядит уставленный протез.

Все прошло хорошо, но прокурорское око способно зацепиться за любую юридически сомнительную мелочь. Его возмутило, что предоставленные на установленный протез документы не были оформлены должным образом.

«Мне не предоставили свидетельств, которые бы подтверждали законность выпуска и пребывания в обороте имплантированных частей эндопротеза, — пенсионер ссылается на 27-е и 141-е решения Совета ЕврАзЭС. — Также, по закону, медицинские товары, находящиеся в обороте без соответствующих документов, считаются контрафактными. А те документы, которые передали мне под видом «технического паспорта», написаны на иностранном языке. По Закону о защите прав потребителей, информация, предоставленная на иностранном языке, не считается предоставленной», — отметил пациент, подозревая, что ему установили контрафакт.

Бывший работник прокуратуры указал нам на расхождения в названиях, обозначенных на этикетках, и разрешенных регистрационным удостоверением Минздрава — очевидно, несовпадение букв.

Похоже, что тот, кто оформлял удостоверение, даже правильно списать не сумел — там есть элементарные ошибки, как например «Standard» и «Standart».

Различия, по мнению пенсионера, свидетельствуют об отсутствии регистрации на имплантированный эндопротез, он убежден, что это нарушение статьи 39-1 закона «О здравоохранении».

На основе этого он подал в суд, который тянется до сих пор, и намерен заставить клинику предоставить документы, которые бы ответили на вопрос «что мне поставили?».

Также прокурор считает, что зарегистрированные протезы ввозятся в страну без уплаты ввозных НДС, а если, мол, есть расхождения в этикетках с регистрационным удостоверением, то можно подозревать, что бюджет терпит убытки.

Следует отметить, что, согласно официальным ответам в адрес пенсионера, Министерство здравоохранения не считает расхождения в нескольких буквах проблемой, и оспаривает точку зрения прокурора.

Правоохранительными органами также проводились проверки, которые не выявили фактов нарушений при ввозе, реализации и медицинском применении эндопротезов, а лишь «возможный состав административного правонарушения» в связи с ввозом одной — действительно не зарегистрированной (изготовленной той же фирмой, но в Германии, а не Швейцарии) — части эндопротезов.

Однако некоторые сведения, полученные в ходе милицейской проверки и попавшие в Редакцию, позволили нам взглянуть на ситуацию с другой стороны, провести собственное расследование и обнаружить весьма интересные схемы.

«Эндопротез выбран должностными лицами»

Ежегодно в Беларуси проводится несколько тысяч операций по эндопротезированию.

Порядок таков: если клиническая ситуация требует удаления поврежденных тканей и имплантации искусственного сустава, государство гарантирует операцию по установке протеза за счет бюджета (в таком случае протезы приобретаются через процедуру госзакупки), но очередь на установку бывает дольше года. Как нам объяснили врачи, время ожидания зависит от конкретного города, наличия протезов в книнике, степени подготовленности организма пациента к серьезному хирургическому вмешательству.

Не все готовы ждать: боль делает жизнь невыносимой, заболевание может распространиться на прилегающий сустав.

Представьте себе психологическое состояние человека, которого мучает вопрос: а сможет ли он ходить? Не станет ли бременем для семьи, если промедлит и допустит прогресс заболевания?

Для таких случаев возможна платная операция — пациент после консультации с врачом выбирает себе протез, платит деньги в кассу больницы, за эти деньги больница приобретает протез, кто-то из врачей его имплантирует.

Люди, бывает, влезают в огромные кредиты, чтобы иметь возможность оплатить протез — цена на импортные протезы начинается, обычно, от $1500 и доходит до $3500.

Модель протеза, уверяют медики, зависит от клинической ситуации и возраста пациента — иногда можно установить тот, что подешевле. Бывает, лучше ставить тот, что дороже, изготовленный из более дорогих и прочных материалов. Также зависит от финансовых возможностей — кто-то (и это типичная ситуация) специально просит самый дорогой.

Фирм же в Беларуси, которые поставляют протезы, немного.

Крупных игроков на рынке пять — каждый из них, обычно, поставляет изделия какой-то одной фирмы: производителям невыгодно иметь в одной стране несколько конкурирующих представительств.

Крупные игроки — это поставщики Depuy, Medacta, Covision, Link, Smith&Nephew и белорусский производитель Altimed.

Пенсионер после консультаций с врачом отказался от протеза белорусского производителя и приобрел протез швейцарского производства Smith&Nephew за 5254 рубля. Еще около 150 рублей ушло на оплату пребывания в больничной палате, расходные материалы и так далее — это деньги, которые получила больница (около 3,5% от стоимости протеза.)

Cама операция бесплатная — то есть, она финансируется из наших с вами налогов, из которых оплачивается труд врачей в Беларуси: они в итоге получат гонорар за сложную операцию — всего 60 рублей на всех, кто был причастен, от хирурга до анестезиолога (около 1,5% от стоимости протеза).

Почему был выбран протез именно фирмы Smith&Nephew?

Процитируем здесь результаты проверки ОБЭП:

«Эндопротез выбран должностными лицами больницы №6, исходя из состояния здоровья больного, в связи с чем ему предложено приобрести эндопротез Smith&Nephew», — говорится там.

Как выбирают фирму-поставщика протеза? Снова цитируем правоохранителей:

«Врачи указанных медицинских учреждений связываются с директором компании «МедОрта» и оставляют заявки на требуемый комплект эндопротезов».

Это, как мы выяснили, — существующая практика. Поскольку поставщиков в принципе немного, выбор ограничен.

Например, в Брестской области доминирует лишь один продавец, который поставляет продукцию фирмы Link.

Семейный бизнес на сотни тысяч

Что же за фирма поставляет протезы Smith&Nephew для больных, преимущественно немолодых людей, которые обращаются в больницу №6 Минска?

Белорусская фирма «МедОрта» зарегистрирована на гражданку Беларуси Наталью Козерог. Компания не производит протезы Smith&Nephew, она лишь посредник в поставках. «МедОрта» закупает протезы у питербургской фирмы «ОРТО», а «ОРТО» — у еще одной российской фирмы «ДеОст». Вот такая длинная цепочка.

Мы обратили внимание на другой интересный факт — петербургская фирма «ОРТО» из этого списка принадлежит гражданину России Валерию Козерогу, который приходится мужем Наталье Козерог — владелице белорусской «МедОрты».

Законом такие схемы не запрещены, так как это не сфера государственных закупок — клиент же покупает протез за свои, а не государственные деньги.

Но для каких целей могут существовать эти лишние звенья в цепи? Мы имеем границу с Евросоюзом, где и выпускают протезы, неужели нельзя ввезти их в страну без лишнего их обращения по России?

Может быть, здесь дело в элементарном стремлении накрутить цену на каждом посреднике и переложить тысячи рублей из кармана белорусских пенсионеров в свой семейный карман?

Мы стали искать сведения об аналогичных протезах, которые закупаются в российские больницы, и нашли их — на российском сайте государственных закупок.

Каким же было наше удивление, когда мы обнаружили космические разбежки с ценами, по которым такие же протезы покупают россияне.

Вот копия страницы договора с питерской фирмой «ОРТО» на поставку белорусской фирме «МедОрта» эндопротеза, который был установлен нашему пациенту.

Обратим внимание на цены. Ножку биологической фиксации SL-PLUS Наталья Козерог покупает у своего мужа за 2000 белорусских рублей (61 тыс. российских), чашку за 1400 рублей (42 тыс. российских) и так далее. Далее «МедОрта» начисляет некий процент (до 5%) и перепродает это белорусским инвалидам.

Таким образом, в результате за ножку протеза SL-PLUS пенсионер-прокурор заплатил 2039 рублей, за чашку — 1426 рублей.

А вот, например, аналогичный протез, который закупает Саратовский государственный медицинский университет. Закупка датируется началом 2017 года — в это же время провели операцию и нашему читателю. Ножку SL-PLUS производства Smith&Nephew россияне покупают за 1045 рублей в эквиваленте (32 тысячи российских) за штуку! Это вдвое меньше той суммы, за которую «МедОрта» продает то же самое. Стандартную чашку Bicon-PLUS российский медуниверситет покупает за 575 рублей (17,6 тыс. российских), а белорусский пенсионер покупает аналогичную за 1426 рублей (43,8 тыс. российских) в эквиваленте!

По остальным двум компонентам протеза — вкладыши и головки, ситуация такая же.

Кстати, победитель тендера в России — не официальный дистрибьютор «ДеОст», а абсолютно другая фирма — «МедикалТрейд».

Что касается «ДеОста», то на сайте российских госзакупок имеется несколько упоминаний о тендере, выигранном этой фирмой на поставку компонентов эндопротеза Smith&Nephew в краевую больницу №1 Краснодарского края России.

Правда, этот контракт рассчитан был на конец 2015 года, но все равно он показателен: за ту же самую ножку SL-Plus «ДеОст» просит у Краснодарской больницы 1000 белорусских рублей (31 тыс. российских).

А вот выигранный «ДеОстом» в 2016 году тендер на поставку таких же протезов в больницу Барнаула.

Цена на ножку SL-Plus — 882 белорусских рубля в эквиваленте (27,1 тыс. российских рублей).

Фактически, белорусские пациенты-инвалиды более чем вдвое переплачивают за швейцарские протезы. А разница ложится в карман семьи Козерогов? Но только ли Козерогов, или еще и «должностных лиц, которые делают выбор», помогая больницам и/или пациентам определиться с фирмой-поставщиком?

Мы попытались связаться с владелицей фирмы «МедОрта» Натальей Козерог, воспользовавшись ее адресом в материалах проверки УБЭП. Но в квартире, указанной правоохранителями в документах, она не проживает уже 7 лет.

Тогда мы связались с ее мужем — Валерием Козерогом. Его первой фразой после нашего вопроса о семейном бизнесе было «это же не запрещено законом».

Вразумительных объяснений, чем вызвана разбежка в ценах, он нам не дал, сказав, что клиентам грех жаловаться, поскольку, мол, в Штатах или Западной Европе операция обошлась бы еще дороже.

Наше замечание о том, что сама операция для граждан Беларуси бесплатная, и вопрос касается только цены протеза, он проигнорировал.

Это, как мы выяснили, только часть проблемы.

Как сказали нам медики, фирма «МедОрта» на протяжении уже некоторого времени — с начала разбирательств после жалобы пациента на больницу — не поставляет свои протезы в белорусские медицинские учреждения.

В чем здесь кроется проблема? Срок службы протезов — около 10 лет. После этого мелкие детали изнашиваются, требуется их замена. А продукцию Smith&Nephew, как мы писали ранее, поставляла в Беларусь только эта фирма. Поэтому пациенты, которым требуется срочная замена отдельных частей протеза, сегодня не могут ее осуществить. У них есть выбор — или подождать, пока ситуация каким-то образом разрешится, или пойти на большую операцию с заменой всего протеза протезом другого производителя, поскольку отдельные компоненты от различных производителей между собой несовместимы.

Поэтому поставки протезов данной швейцарской фирмы в Беларуси кто-то осуществлять должен в любом случае.

Мы не знаем, сколько переплатили тысячи белорусских инвалидов за все прошедшее время. Нам удалось найти информацию только по головкам Smith&Nephew — одной из частей протеза (МедОрта» продает ее белорусам за 1161 рублю, в России этот элемент продается за 316 (!) белорусских рублей). Таким образом, одних только головок с начала 2016 года в Беларусь было поставлено на 72 тысячи рублей.

А фирма работает здесь с 2008 года, поэтому об объемах можно только догадываться.

Вопрос космической цены относится не только к протезам Smith&Nephew. Протезы других зарубежных фирм также подозрительно возрастают в цене, как только пересекают границу Беларуси.

«В другой стране такие протезы стоят по 1000 евро, а я платил $3500»

У нас есть еще несколько историй о том, как пациентов-инвалидов склоняют к тому, чтобы пополнять карманы дельцов.

«Наша Нива» разыскала еще несколько человек, которые состоят или состояли на учете как нуждающиеся в протезировании.

Вот что рассказал один из пациентов, который пошел на установку самого дорогого протеза вне очереди.

«Меня оперировали в 6-й больнице Минска. Какую марку протеза поставили? Я не знаю, честно говоря, в документах этого не написано (ему установили протез производства фирмы Medacta — это «Наша Нива» выяснила, проанализировав его договор, где, кстати, отсутствует название фирмы-производителя). Думал, после трех месяцев на осмотр приду, и там название дадут, но не дали, а я еще в таком состоянии был, что и не спросил… А как я дошел до импортного? Ну мне сказали, что никакого выхода нет — только протезирование. Очень тяжело было… В консультативном отделе в больнице мне сказали, что очередь будет — года три! Сказали подойти к заведующему отделением ортопедии, чтобы узнать, можно ли платно сделать. Ну конечно, я пошел, а что делать. Он мне на бумажке написал названия фирм, я только в интернете читал, выбрал какой-то швейцарский. Что поразило — мне сначала сказали, что протез будет стоить $3000, а как лег в больницу — уже $3500. Дорого ли? Я знал, что переплачиваю, ведь мой знакомый кандидат наук делает такие операции в другой стране. Так вот он сказал, что там такие протезы по тысяче евро стоят. Но я же сам главный бухгалтер, я понимаю, что здесь бессмысленно спорить — или соглашаешься на существующие условия, или нет. Я же не повезу из другой страны протез — его мне не поставят просто, как я понял», — рассказал нам собеседник.

Сумму, которую он отдал за протез, вы можете увидеть на фотокопии документа.

Как же получилось, что в Беларуси при бесплатной медицине людям приходится переплачивать вдвое? Был ли Минздрав в курсе такой ситуации? Почему в отдельных регионах и отдельных больницах выигрывает один и тот же поставщик? Почему государство не пыталось централизованно закупать протезы для пациентов-платников? И наконец, самый существенный вопрос. Почему зарплаты медиков и гонорары за операции настолько низкие, что врачи готовы зарабатывать, лоббируя протезы (медикаменты, материалы) тех или иных поставщиков. В результате пациенты платят вдвое…

Мы направили в пресс-службу Министерства здравоохранения запрос с просьбой разъяснить нам странную ситуацию на рынке эндопротезов.

Артем Гарбацевич

1
Аляксандр Краўцэвіч / Ответить
21.08.2017 / 07:43
Гэтае расследаванне - прыклад таго, якую важную ролю ў любой краіне мае незалежная прэса. З другога боку, чым больш дзяржаўная сістэма закрытая, як у лукашэнкаўскай Беларусі, чым больш незалежныя  мас-медыя пераследуюцца,  тым большыя крадзёж і карупцыя. 
2
Ivan / Ответить
21.08.2017 / 08:17
Цiкавае важнае расследванне
2
Вожык / Ответить
21.08.2017 / 08:28
Цiкава. Але адказ з мiнicтэрства, напэуна, будзе штосьцi накшталт: изложенные вами факты не подтвердились, в РБ налажена четкая система...и т.п. Калi так, можна паспрабаваць у КДК
Показать все комментарии/ 93 /
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера