В суде Минского района начался процесс над старшим лейтенантом Павлом Суковенко и прапорщикам Артуром Вирбалом — командиром и старшиной нового пополнения роты Александра Коржича, которого год тому назад нашли повешенным в Печах. Суковенко и Вирбала обвиняют в злоупотреблении властью, им грозит до 10 лет лишения свободы. Следствие пришло к выводу, что нет оснований квалифицировать их действия как доведение до самоубийства.

Артур Вирбал

Задержали командира роты Павла Суковенко и старшину Артура Вирбала еще в октябре 2017 года. Суковенко вскоре был уволен из армии.

Павел Суковенко.

У Вирбала была обнаружена банковская карточка солдата Александра Коржича. Прапорщик объяснял, что брал у Коржича деньги взаймы.

На процессе присутствуют сержанты Барановский, Вяжевич и Скуратович, которых судят отдельно по делу Коржича. На этом же процессе они проходят как пострадавшие.

Всего в качестве пострадавших от действий Вирбала и Суковенко проходят семеро военнослужащих.

В начале заседания прокурор зачитал обвинение. Артур Вирбал принуждал курсантов отжиматься, таким образом наказывая их за беспорядок. За нарушение дисциплины и пользование мобильниками прапорщик бил сержантов и солдат: палкой по ягодицам, ногой по ноге, рукой в плечо, палкой по спине…

О банковской карточке Коржича прокурор не упомянул.

Старшего лейтенанта Павла Суковенко обвиняют в том, что он, выдавая деньги солдатам, часть денег оставлял себе. Суммы относительно небольшие: 12 рублей, 22 рубля… Но это почти половина суммы, начисляемой солдату за месяц.

Кроме того, Суковенко требовал от подчиненных приобретать ему продукты. Сержант Барановский приобрел не менее 100 пакетиков растворимого кофе для Суковенко. Другие покупали для командира кофе «3 в 1», сосиски в тесте, печенье, сигареты… Само собой, деньги за это Суковенко не возвращал.

Всего Суковенко получил материальных ценностей на сумму не менее чем 245 рублей. Кроме того, он также заставлял солдат и сержантов отжиматься в качестве наказания, бил их кулаком и палкой.

Артур Вирбал признал вину полностью. Павел Суковенко признал вину частично: мол, ногами и палкой никого не бил. С остальными обвинениями он согласился.

Затем суд решил выслушать показания пострадавших.

«Боли не испытывал. Ну да, было немного неприятно», — вспоминал удар лейтенанта сержант Евгений Барановский. Он кратко подтвердил: ну да, заставляли отжиматься, покупать кофе. Ну да, мог получить удар кулаком или палкой. Одним словом, он терпеливо переносил все то, что впоследствии и сам совершал в отношении солдат.

Некоторых побоев, о которых говорил прокурор, Барановский не помнит. А отжимания дискомфорта у него не вызывали.

«Нет, меня это не устраивало, конечно. Но и выбора не было», — сказал Барановский.

По его мнению, строго наказывать Суковенко не надо. «Желательно, не лишать свободы», — сказал Барановский, которого, скорее всего, самого ждет несколько лет колонии за дедовщину.

Обвиняемый Артур Вирбал попросил Барановского дать ему характеристику и рассказать, бил ли он его без причины.

«Прапорщик Вирбал был самым ответственным в роте. Свою работу исполнял хорошо», — сказал Барановский. По его словам, Вирбал без причины ударов не наносил.

Почему Барановский рассказал о действиях прапорщика, поинтересовался у него Вирбал.

«Если бы не началось это всё [смерть Коржича и последующее разбирательство. — Ред.], я бы никому об этом не говорил», — ответил Барановский.

На вопрос судьи, не было ли унизительно терпеть побои и покупать продукты, Барановский ответил: «Не считаю, что это было унизительно. Не мы создали систему, не нам ее ломать».

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?