22.02.2019 / 17:17

«А мне белорусский язык режет ухо!» Как пассажирка поставила на место водителя маршрутки в Минске 36

Пишет читательница и авторка «НН» Зоя Доля.

В маршрутке столкнулась с очередным адептом «русского мира». Я зашла в салон, протянула водителю деньги за проезд и сказала:

— Вазьміце, калі ласка.

— БНФ! — фамильярно бросил в мою сторону водитель маршрутки. Всего из-за пары слов, сказанных на белорусском языке, он зачислил меня в Белорусский народный фронт.

Мужчина явно хотел меня поддеть, но делал это как-то неуверенно, без энтузиазма. Я ничего не ответила, однако решила на конечной остановке поговорить с ним наедине. Транспорт доехал до площади Якуба Коласа, пассажиры покинули салон, а я спокойно подсела к водителю и спросила:

— Вы здесь зачисляли меня в БНФ. Почему? Хотелось бы узнать.

Водитель тем временем отрывисто, с напускной важностью тарахтел с кем-то по телефону. Этому типу в манере себя подошло бы сленговое выражение «мужик весь на понтах». Услышав мой вопрос, он буркнул собеседнику, что перезвонит, заблокировал мобильник и недовольно глянул исподлобья.

— Вы разговаривали на белорусском языке, — неодобрительно сказал он.

— Да, разговаривала. Но при чем здесь БНФ? — переспросила я водителя и сразу добавила: — Я не принадлежу к партии, а разговариваю на белорусском языке потому, что окончила белорусскую школу и мои родители, и деды разговаривали по-белорусски.

— А мне белорусский язык режет ухо, — демонстративно подчеркивал он неприязнь к языку страны, в которой живет.

Мой взгляд устремился на его уши, те были на месте, «резал» их белорусский язык, да, видно, не дорезал. В заезженной, шаблонной фразе про «режет ухо» читалась наигранная задиристость показной «русскости», которая не терпит иные языки. Я могла бы осадить его резким и неприятным словом, но решила выбрать тактику диалога, чтобы прощупать сущность данного персонажа.

— А вы белорус? — поинтересовалась я у водителя, с иронической улыбкой глядя ему прямо в глаза.

От этого вопроса мужчина как-то съежился, ухватился за руль и приглушенным голосом неохотно ответил:

— Я белорус, ну и что с этого? — он нервно подернул плечом и, пытаясь уклониться от разговора, нудно загундосил: — Мне надо е-е-ехать!

На вид водителю маршрутки было около сорока лет, типичный белорус: среднего телосложения, голубоглазый, светловолосый. Вот только в голове его поселился «русский мир», накачанный туда телевизионной пропагандой.

— Белорус?! Как же это вы, белорус, не любите белорусский язык? — удивленно спросила я.

— Потому что мы в Советской Союзе разговаривали на русском языке и это было правильно, и все должны разговаривать на русском… не надо вот всего этого. Нам не надо. Чтобы принуждать, чтобы заставлять разговаривать на белорусском языке.

— Признаться, такого не слышала, чтобы кого-то заставляли. Но оставим разговоры про других. Я же вас ни к чему не принуждаю, разговаривайте, как вам хочется, но ведь и я хочу разговаривать, как мне нравится, то есть по-белорусски.

— А я не люблю белорусский язык. Потому что все мои родственники разговаривают по-русски.

— Правда? — не сдержала я скепсис. — Что-то мне в это не верится, если вы белорус, такого не может быть, допускаю, что родители ваши разговаривают по-русски, но чтобы дед и бабушка, то это — вряд ли.

— Да, они тоже по-русски разговаривают, — отводя глаза, неуверенной скороговоркой неизвестно зачем соврал водитель.

— В нашей белорусской деревне дед с бабкой разговаривают по-русски?! И где же такая деревня находится? — донимала я его вопросами.

Здесь-то он, смутившись, и сделал «признание»:

— Да, на самом деле они разговаривают на белорусском языке.

— И вы, внук, своим деду с бабкой заявляете, что не любите их язык, и отказываете им в том, чтобы с вами по-белорусски разговаривать?! — поставила я на место водителя строгим взглядом.

— Нет, я им этого не говорю, — притихшим голосом ответил он и снова заныл: — Мне нужно е-е-хать!

— Да успеете еще уехать. Мы ведь так «интересно» ведем беседу! — подтрунивала я, видя, как он, побледнев, изворачивается и пытается уйти от диалога: человек, который отказывается от своих корней ради мифического «русского мира», — зрелище, достойное жалости.

— А я вот люблю белорусский язык, потому что Беларусь — моя родина и здесь мой дом, — продолжала я. — Так что же мы будем с вами делать?

Водитель замялся, он не знал что ответить и лишь продолжал нервно дергаться.

— Я не знаю, — с трудом выдавил он из себя.

— Зато я знаю. Нам, белорусам, надо дружить: тем, кто любит русский язык, и тем, кто любит белорусский язык! — пришлось мне учить хорошим манерам этого взрослого, но с изъянами воспитания дядьку.

Водитель молчал и отводил глаза, ему нечем было крыть.

А я больше не хотела с ним разговаривать и вышла из маршрутки.

12
фелікс / Ответить
22.02.2019 / 16:45
Вось "дасягненні" Лукашэнкі, якімі ён ганарыцца.
18
алекс / Ответить
22.02.2019 / 16:45
Цудоўная жанчына гэтая Доля!
14
ЯНКА / Ответить
22.02.2019 / 17:08
★ Вось гэта цётка! ★
Показать все комментарии/ 36 /
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера