Что будет с курсом после выборов? Включит ли Нацбанк «печатный станок»? И возможен ли кризис масштабов 2011 года? Экономисты делятся с «Нашей Нивой» прогнозом.

Фото Надежды Бужан

«Отдельные популистские меры не успели отразиться на курсе»

Сначала о краткосрочной перспективе. В августе эксперты резкого роста курса доллара не прогнозируют. А те колебания, которые видим сейчас, связаны с колебаниями российского рубля, ведь мы зависим от валютного рынка соседней страны.

Экономист Дмитрий Крук говорит, что, возможно, на курсе уже начинают сказываться и собственнобелорусские тенденции — вливание денег в государственные предприятия, переформатирование рублевых депозитов в валютные. Но если эта составляющая и есть, то она не доминирует.

В июле спрос и предложение валюты были достаточно сбалансированы.

«На удивление, даже отдельные популистские меры накануне выборов — рост пенсий, обещания роста зарплат — не успели сказаться и вызвать обесценивание рубля, — замечает старший аналитик «Альпари Евразия» Вадим Иосуб. - В ближайший месяц после выборов волноваться будет еще меньше оснований, чем накануне, так как необходимость в таких мерах точно отпадет».

Правда, это не значит, что с экономикой будет все хорошо (об этом расскажем ниже).

В целом на валютном рынке наблюдается интересная тенденция — рост курса евро по отношению к доллару. Соотношение поднялось до уровня мая 2018-го. Вероятно, тенденция сохранится и в августе. Вадим Иосуб объясняет возможные причины:

«Обычно устойчивый спрос на доллары создают иностранные инвесторы, которым нужны американские активы — государственные облигации или ипотечные бумаги, например. Чтобы купить их, вам сначала нужны доллары. Что происходит сейчас? Американский центробанк активно скупает практически все более-менее нормальные облигации на своем рынке в рамках американской программы помощи экономике.

В итоге мировым инвесторам сейчас просто нечего делать на том рынке. Поэтому они вынуждены обращать внимание на другие, и соответственно им нужны другие валюты, чтобы приобретать там активы. Поэтому доллар снижается к евро и другим валютам».

 

«Белорусский рубль не может падать так интенсивно»

Ждать ли после этих выборов такого же экономического сценария, как в 2011 году?

«Я не вижу вариантов его повторения ни при каких обстоятельствах. Это не значит, что белорусский рубль не может падать — просто не может падать так интенсивно.

Это связано с кардинальной разницей в курсообразовании, — считает Вадим Иосуб. - В начале 2011 года у нас был фиксированный курс. И то, что мы видели, — результаты того, что рано или поздно неизбежно случается. Если растет спрос над предложением, а валюте не дают расти, то сначала возникает дефицит валюты, а потом все равно приходится резким прыжком фиксированный курс менять. Сейчас у нас курс плавая, его никто искусственно не сдерживает. Он будет расти, но не разово на десятки процентов».

Дмитрий Крук в чем-то согласен: экономический механизм теперь будет другой.

«Однако фактические последствия, если все негативные тенденции сложатся в одно и дадут какой-то финансовый шок, для людей могут стать более-менее похожими. Такая вероятность, к сожалению, сегодня есть. Я бы не сказал, что она неизбежна, но финансовые риски за последние несколько месяцев существенно возросли», — говорит эксперт.

Основных рисков четыре. Самая главная — качество займов. У нас кредиты выдаются не на развитие, а на убыточные заводы. Это системная проблема, которая началась в 2015-2016 году, но находилась в замороженном состоянии. А в последние три месяца на фоне коронакризиса существенно ухудшилось.

«Но что правительство делает? Они пытаются эти проблемы ослабить, перенаправляя в другие русла. Например, очень значительная поддержка была оказана предприятиям напрямую из бюджета, и теперь возникает вопрос, насколько фискальная политика у нас будет предсказуемой и устойчивой», - описывает ситуацию Дмитрий Крук.

Второй риск — недостача в бюджете средств на выполнение социальных обязанностей.

Третья — ухудшение качества банковских активов. Если предприятия не могут выполнять обязательства по своим кредитым, банки недополучают доходы. И четвертая (она может стать болезненной в следующем году) — неустойчивость государственного долга. Если государство сейчас берет на себя дополнительные обязательства, оно привлекает новые займы.

«Почему такие риски возникают? Это последствия весьма своеобразного подхода к коронакризису. Во втором квартале правительство стремилось не допустить значительного снижения ВВП, и платой за это было перенаправление потенциальных проблем в финансовое русло», — объясняет Дмитрий Крук.

«Экономический кризис у нас уже есть, мы в нем живем», — считает Вадим Иосуб.

 

«Попытки подтолкнуть Нацбанк включить» печатный станок» возникают»

Недавно премьер-министр Роман Головченко заявил, что «печатный станок» в стране никто не включал и не собирается.

Экономист Дмитрий Крук говорит, что пока этого не произошло. В государственные предприятия скорее вброшены запасы бюджетных средств, созданные за последние годы. Власти также пытаются подтолкнуть банки активнее кредитывать организации — то есть используется накопленная за прошлые годы ликвидность.

«Но если это направление будет продолжено, включение «печатного станка» может стать следующим шагом. Могу подтвердить, что определенные попытки подтолкнуть Национальный банк к более значительному смягчению политики, которое можно охарактеризовать этим термином, возникает», — делится эксперт.

Аналитик Вадим Иосуб отмечает, что отдельные элементы работы «печатного станка» уже есть.

«Настоящая эмиссия — это выдача новых кредитов. Самое опасное происходит тогда, когда кредиты выдаются, но не возвращаются. Экономика набухает деньгами.

Это как раз то, что происходит с льготным кредитованием убыточных предприятий, когда они не могут отдать долги и им делают отсрочки и списания.

Этот процесс заметно усилился с начала текущего года. Но пока явление не приобрело очень угрожающие формы», - констатирует эксперт.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?