Актрису задержали в воскресенье у входа в торговый центр «Дана Молл» за значок с «Погоней» на рюкзаке: она шла в магазин, а у дверей стояли силовики. Ей сказали: «Вы сами на себя указываете», — и отвели в бус.

«Я спросила, как можно задерживать за историческую ценность Беларуси, а они мне: «Будете вы нам рассказывать, вам промыли мозг. Это ценность какой страны? И при чем здесь Беларусь, созданная в 1991 году?» Но всем им очень хотелось поговорить, начиная с буса».

В бусе Елена была единственной задержанной, поэтому разговор происходил между нею и примерно десятью силовиками. «И у меня накипело, и у них, очевидно, накипело. Я вижу, что между нашими взглядами — пропасть, из-за которой мне больше всего страшно. Они считают нас предателями Родины, говорят, что мы все хотим уехать в Польшу, вроде бы к ним иногда специально подходят и просят задержать, мол, еще два раза и можно будет в Польшу». Спор у нас, конечно, был не очень на равных, но я сказала, что это они предатели Родины, которые идут против народа. А мне ответили:

«Какой народ? Вас меньшинство. Если бы на Марш вышел миллион, мы бы еще подумали».

Протокол составили по статье 23.34 КоАП, в РУВД сотрудники тоже жаждали поговорить и тоже говорили, что «протестующим промыли мозги».

«Я смотрю, сидят, кажется, адекватные ребята, в Первомайском РУВД они вообще претендуют на звание довольно интеллигентных людей, один — все равно что из «Дяди Степы». Но были и паскудные — спрашивали, например, где я работаю, а когда отвечала, смеялись: «Всё, больше не работаешь». И то же самое с арендным жильем, мол, я там больше не живу».

Одному парню, также задержанному в тот день, по наблюдениям Елены шили уголовное дело, когда увидели в его телефоне, что он что-то отправлял в бот телеграм-канала «Нехта». К тому же у него была травма, парня тошнило — видимо, его били по голове. У актрисы спрашивали, из каких источников, в том числе телеграм-каналов, она получает информацию о массовых мероприятиях, на что она ответила: «Из сарафанного радио».

О наличии несовершеннолетнего ребенка пришлось сказать самой, уже в конце. Вместе с ней были и другие матери, даже многодетные, а также девушки, которые пошли в автозак сами, из солидарности с подругами. 

Уже поздно вечером Елену отвезли на Окрестина. В камере спали на голых матрасах, так как постельного белья им не выдали. И все в шапках, чтобы не подхватить себе «домашних животных». Поскольку в камере было очень грязно, девушки попросили средства для уборки: им принесли ведро и тряпку для пола, а для унитаза не дали ничего, мол, нет.

«Я не понимаю, действительно ли не было, или они не дали из вредности. Просили книжки — тоже сказали, что нет. Время в камере тянется очень медленно, ни листа бумаги, ни ручки, ничего — я просидела неполных двое суток и уже не могла терпеть. Когда нас вели на суд мимо окна, мы радовались: «А, смотрите, там снег!».

Елену должны были судить в понедельник, но суд не состоялся, потому что «организаторы» не туда позвонили и сеанса связи с залом суда не получилось. Из-за этого актриса осталась на Окрестина еще на одну ночь.

«Меня печально поразила система вынесения приговоров, так может быть только в Беларуси, мы ставим рекорды по скорости. Мы все стояли у своих камер лицом к стене, и нас вызывали по очереди: пять минут суда — 10 суток, следующий пошел, 5 минут суда — 10 суток. Мой суд длился чуть дольше — и 30 базовых прозвучали как оправдание. Судья был молодым парнем, даже глаз не поднимал. Мне уже было все равно, я думала, пусть будет как будет».

Судил Елену Максим Трусевич. Он рекордсмен Беларуси по количеству приговоренных им суток. Но отправить актрису на сутки он не мог при всем желании — из-за ребенка.

После предыдущего задержания на работе для Елены последствий не было, а сейчас актриса говорит, что даже туда не звонит, поскольку думает, что прошла точку невозврата. В предыдущий раз многие призывали, чтобы коллега по театральной сцене Вера Полякова, супруга министра иностранных дел Владимира Макея, выразила солидарность с Еленой. Та написала комментарий с резким отказом.

«У нас многолетние рабочие и, можно сказать, дружеские отношения, — говорит Елена о коллеге. — У нас еще раньше был довольно конкретный разговор, когда Вера сказала: «Я неравнодушна к твоей судьбе, поэтому предупреждаю, что тем, что вы будете ходить, вы ничего не добьетесь, а если что-то случится, я тебе не смогу помочь». Про ее личные и профессиональные качества я могу сказать только хорошее, она замужем за любимым человеком, они искренне друг друга любят. С ее стороны что, нужно было развестись с мужем? На нее обрушилось много хейта, это не заслуженно: она просто хочет делать свою работу, а делает она ее хорошо».

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?