Рассказывая, чем ситуация 2020 года отличается от выборов-2015 и выборов-2006, Чалый отметил, что сегодня все точно знают, что нас много, что меньшинство у противника. «Это ощущение и моральной правоты и того, что мы победили, но победу у нас украли, уже никуда не денется».

«Перевернуть страницу, забыть о 400 случаях пыток, 30 тысяч осужденных на сутки? Так не бывает. Примирения не бывает без покаяния», — уверен Чалый.

«Произошло что-то безвозвратное. Уже назад дороги нет. Власти очень хотелось бы вернуться назад в 8 августа. Но это невозможно. И мы и они уже сделали очень много безвозвратных вещей. Так, как раньше уже не будет точно».

«А закончиться это может только двумя сценариями. Либо все пойдет в сторону демократической революции в царство свободы, либо здесь будет полноценный Освенцим. Потому что по-другому никак».

Вместе с тем в сегодняшней ситуации правительство и экономика могут продержаться год, считает Чалый.

«Экономика сейчас вся практически в параличе, в состоянии ожидания. Это же видно по тому, что горизонт планирования резко сократился. В такой ситуации невозможны инвестиции, вообще никакие, я уже не говорю про иностранные. Кто в здравом уме будет сейчас расширять бизнес?»

«Для меня на самом деле странно, что и так достаточно долго всё». Чалый отметил титанические усилия Нацбанка, которому пришлось пережить и отток депозитов, и набег на обменники, и «золотовалютных резервов они в этом году 20% потеряли». А до этого четыре года люди вообще не вспоминали про девальвацию.

«Пытаюсь понять, что происходит в коридорах власти. И то, что доносится оттуда…» — задается вопросом Сергей Чалый.

«Пока получается так, что от действий России зависит очень много. Мне это не нравится, но это факт. Это и есть потеря международной легитимности, когда судьбу твоей страны решают не в твоей стране.

Но это не значит, что всё, что решит Путин, так и будет. Путин может хотеть всё что угодно, но вот получится ли тут всё, что он хочет?»

Чалый считает, что «самый главный риск сейчас — это не риск какого-то краха, обнищания, девальвации».

«Главный риск — это погружение в застой безнадежности. Когда все, кто способен, конкурентен на рынке, уедет отсюда, потому что здесь не будет ни внутреннего спроса, ни условий, а оставшиеся будут питаться переводами из-за рубежа и подножным кормом на дачных участках. Беларусь может стать банкротом, причем в классическом его понимании. Это и называют дефолт».

Но бояться дефолта не стоит, после дефолта — рост, например как в России после 98-го.

А когда в Беларуси состоятся новые выборы, то победить Лукашенко сможет кто угодно, потому что это будет протестное голосование, как фактически и было 9 августа, считает Чалый.

В заключение он напомнил грузинский анекдот: «У грузина спросили, какой транспорт самый быстрый в мире? — Троллейбус. — Почему? — Потому что привязанный так бегает, а если отвязать, улетит, наверное».

Та же ситуация и у Беларуси. «Я к тому, что если мы такие чудеса являем миру под таким давлением, то каково это будет, когда это давление пропадет.

Когда пропадет этот страх, это насилие, когда можно будет нормально вздохнуть, идти по улице и не думать, что тебе надо шатать этот режим, заниматься борьбой, а можно просто строить мирную жизнь. Вот это реально будет круто и это действительно будут чудеса. Думаю, что нам реально будут все завидовать».

«Я уверен, что весь мир сейчас следит за тем, получится ли у нас. О 2020 годе будут потом монографии и диссертации писаться, фильмы сниматься. Это будет событие XXI века, которое изменило ход истории. Вот что сейчас происходит, — резюмировал Сергей Чалый.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?