Я являюсь белорусским правозащитником, на протяжении последних 20 лет занимаюсь защитой прав человека как на национальном, так и на международном уровне, помогая отстаивать права в Комитете по правам человека ООН (КПЧ ООН).

Моя мирная деятельность по защите прав других людей в полной мере согласуется с Декларацией ООН о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы, согласно которой каждый человек имеет право, индивидуально и совместно с другими, поощрять и стремиться защищать и осуществлять права человека и основные свободы на национальном и международном уровнях (статья 1).

Тем не менее, системное притеснение правозащитников в Беларуси продолжается. Мы сталкиваемся с криминализацией нашей мирной деятельности, подвергаемся системному притеснению и запугиванию, произвольным задержаниям, унижающему достоинство обращению, ограничениям на передвижение, применением дискриминации в силу своих убеждений.

5 января в офисе и по месту жительства моей семьи прошли обыски с изъятием оргтехники, банковких карточек и свыше 200 кейсов репресированных участников мирных акций протестов 2020 года.

12 января в Минске за аналогичную помощь жертвам репрессий арестован журналист Андрей Александров, ему предъявлено обвинение по ч. 2 статьи 342 УК — финансирование групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок.

Из публичного заявления зам. министра МВД стало известно, что журналист с августа прошлого года получая деньги из-за границы оплачивал штрафы и счета за питание в ИВС участникам протестных акций. Было сказано, оплатил порядка 250 квитанций. Также замминистра МВД сообщил о проведении обыска в офисе одной из незарегистрированных организаций, по результату которого будет дана правовая оценка. И хотя название организации не называлось, нетрудно догадаться, что речь шла об обыске именно в нашем офисе, так как других обысков в это время в стране не проходило.

Начиная с августа прошлого года, я также оплачивал штрафы, счета за питание в ИВС и в некоторых случаях госпошлины репрессированным участникам протестных акций. Будучи специалистом в области права, я нисколько не сомневался в правомерности такой помощи тогда и не сомневаюсь сегодня и вот почему.

Часть 2 статьи 342 Уголовного кодекса «Организация и подготовка действий, грубо нарушающих общественный порядок, либо активное участие в них», которую возможно будут предъявлять и мне дословно звучит так:

«Обучение или иная подготовка лиц для участия в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок, а равно финансирование или иное материальное обеспечение такой деятельности при отсутствии признаков более тяжкого преступления» — наказываются арестом или лишением свободы на срок до двух лет.

Буквальный анализ указанной нормы уголовного кодекса позволяет прийти к единственному выводу, что финансирование состоит в предоставлении или сборе средств либо оказании финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для оплаты подготовки, вербовки, обучения и т.п. лиц для участия в групповых действиях. При этом, иным материальным обеспечением считаются любые его виды, в частности: покупка одежды, еды, предоставление помещений для жилья, сбора, проведения занятий и т.п.

Отмечаю, что я занимался помощью в оплате административных штрафов исключительно привлеченным к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ст. 23.34 КоАП, а также оплатой пребывания в изоляторах при отбытии административного взыскания в виде ареста. И здесь важная и пожалуй главная деталь: - привлечение к административной ответственности за нарушения Закона «О массовых мероприятиях» исключает в этих действиях протестующих состав уголовного преступления!

Тем не менее, меня задержали по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 342 УК, а именно за финансирование «Обучения или иной подготовки лиц для участия в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок».

В этой связи отмечаю, что финансовую помощь от меня получали лица, в действиях которых отсутствовал состав указанного уголовного преступления, так как они все привлечены к ответственности за административные правонарушения. Поэтому в моих действиях отсутствует событие и состав инкриминируемого преступления.

Более того, по субъективному признаку ч. 2 ст. 342 УК устанавливает ответственность за деяния, которые по своему содержанию являются пособническими действиями в организации и участии в групповых действиях, грубо нарушающих общественный порядок. Финансированием же может быть признана только деятельность, направленная именно на подготовку грубого нарушения общественного порядка (финансирование, обучение, заранее обещанная выплата вознаграждения таким лицам, приобретение оружия и т.д.).

Я же оказывал материальную помощь лицам, уже совершившим административное правонарушение либо отбывшим назначенный административный арест, что не является финансированием запрещенной деятельности по смыслу статьи 342 УК.

При этом никаких фактов о том, что лично я склонял других лиц совершать административные правонарушения при нарушении Закона «О массовых мероприятиях», заранее обещая, например, оплатить штраф, госпошлину либо оплатить стоимость содержания в изоляторе не существует.

Я задержан и заключен под стражу в качестве подозреваемого по ч.2 ст. 342 УК (наказывается арестом или лишением свободы на срок до двух лет).

В этой связи важно отметить, что заключение под стражу - самая строгая мера пресечения и может быть назначена лишь в отношении человека, который является фигурантом по уголовному делу, где предусмотрена санкция свыше двух лет лишения свободы. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть применена в отношении подозреваемого или обвиняемого по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет, если они не имеют постоянного места жительства на территории Республики Беларусь или не установлена их личность.

Очевидно, это не мой случай! Я родился и имею постоянное место жительство в Республике Беларусь, у меня имеется постоянная регистрация, имеется семья, включая несовершеннолетнего ребенка, постоянная работа и стабильный доход.

Перечисленные обстоятельства полностью исключают применение ко мне самой строгой меры пресечения в виде заключения до суда под стражу.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?