«Ко мне в квартиру стучались несколько раз еще раньше. Но мы не открывали. И 2 марта силовики пришли уже готовые взламывать дверь, — рассказывает Ольга Токарчук. — Долго стучались, я была дома одна: муж на работе, дети в школе и детском саду. 

Я не открывала — тогда позвонили мужу, сказали: знаем, что жена в квартире, пусть откроет, иначе взломаем дверь.

Ну и пришлось их пустить — и у них действительно был с собой большой лом.

Пришли двое силовиков и двое понятых, которых они привели с собой. Силовики в штатском, представились, показали какие-то документы — один из них, кажется, оперативник. Они из уголовного розыска, я так это поняла.

Зашли, показали документ на осмотр помещения — не на обыск. Сказали, что меня заберут до вечера, чтобы провести профилактическую беседу, потому что я якобы оскорбила кого-то по статье 391 УК (оскорбление судьи или народного заседателя в связи с осуществлением ими правосудия. — «НН»).

Забрали компьютер. Телефон мой не забрали, так как он, скажем так, сломался.

Меня отвезли в РУВД Первомайского района. 

Там один из милиционеров сильно рассердился, что не забрали мой телефон, что я долго не открывала — ну и за это меня отправят на 72 часа на Окрестина. Мол, не хотела по-хорошему.

Но я сразу понимала, что заберут на Окрестина, поэтому при выходе из дому взяла свою сумку — она давно подготовлена, последние полгода я готова. Милиционеры говорили: не надо сумку, вечером отпустим. Но я не поверила».

По словам Ольги, в РУВД ей сказали, что она подозреваемая в оскорблении судьи. 

«Это все притянуто за уши. Ситуация такова: когда 25 декабря у меня был первый суд по 23.34, пришло много людей меня поддержать.

Люди записывали аудио из суда, и потом данные судьи выложили в паблики типа «Каратели Беларуси». Может, это тоже повлияло?

А потом я делала видео о том суде, под ним пошли комменты. В одном из них ту судью кто-то оскорбил, я ответила на коммент и сама выразилась о судах негативно.

И вот за этот мой ответ теперь дело, хотя в моих словах имени судьи не упоминалось вообще, — объясняет Токарчук. — Теперь будет следствие, будут выяснять, оскорбила я судью или все же нет». 

В первый день Ольгу оформляли около 5 часов, затем, когда приняли решение задержать на трое суток, поместили в камеру в РУВД. 

«В РУВД меня пугали, что не дадут взять вещи на Окрестина. Пришлось все вещи из моей сумки нацепить на себя: все кофты, все трусы, все носки. Потому что боялась, что будет холодно, не знала, дадут ли матрасы.

Потом меня отвезли на Окрестина. У меня был с собой детский плед — его там швыряли, я аж расплакалась. Лучше детские вещи с собой не брать. 

Затем отправили в камеру на двоих. Была с девушкой из чата Каменной Горки, она тоже была задержанной на 72 часа. В камере были матрасы, подушки, даже наволочки. 

Правда, меня должны были опросить в первые же сутки — этого не произошло. Я писала ходатайства и об этом, и о том, что имею своего адвоката, но всем было «до фонаря», — говорит Токарчук.

«Но утром зашел какой-то непонятный мужик в штатском. Кто он, не знаю, не представился. Но очень перед ним вытягивались местные сотрудники. 

Он зашел, говорит: «Оля Токарчук? Приятно познакомиться, подписан на вас. Как ты тут?» Отвечаю: «Нормально».

Тогда он говорит: «И тебе это все надо? Ради чего ты все это делаешь?»

Я говорю: «Ради детей делаю, чтобы они жили в другой Беларуси».

Спросил, сколько моим детям, говорит: «О, моим тоже 3 и 7 лет! Только вот я то, что мне не нравится, обсуждаю на кухне и про себя!»

Я ответила: «И что, есть чем гордиться? А я вот говорю не на кухне и вслух».

Он: «Ну тогда и сиди».

Я: «Ну тогда и буду сидеть».

Вот такой разговор был».

Токарчук говорит, что и по сей день не знает, кем был ее «гость». Но после его визита женщинам предоставили все, что они просили, даже дали успокоительное, чтобы они нормально могли поспать.

«На следующий день меня увезли снова в РУВД. Это была поездка века: в автозаке, в маленький «стакан», нас запихнули сначала четверых, но потом одну девушку пересадили. Оставшиеся две были по делу о краже, какие-то наркоманки, кажется. И они решили покурить в том «стакане»: достали из кроссовка кусок коробка, кусок спички, полчаса чиркали — и закурили.

Я не просила их не делать этого, потому что им было пофигу. Они закурили и говорят мне: «О, у тебя плед есть! Давай маши, чтобы запах вверх шел! — рассказывает Ольга. — Да и не до них было, потому что переживала о том, что происходит дома, пока я задержана. Был ли обыск? Что забрали? Что мне теперь грозит?

Потому что если 15 суток сидишь — это просто. Отсидел, сколько дали, — вышел. А по уголовке хоть и знаешь, что не виновата, но понимаешь, что нароют чего-нибудь — и станешь виноватой».

В РУВД Ольгу поместили в камеру. «Пришла следователь и говорит: подписывайте бумаги — и я вас отпускаю. Я офигела, ведь 72 часа истекали только на следующий день». 

Пока идет следствие, Токарчук остается дома, но в статусе подозреваемой.

«Не знаю, что будет дальше. Не загадываю на будущее. Надеюсь, что все будет хорошо.

Жду снова обыск. Ведь мне сказали: мол, если не хотите, чтобы к вам в квартиру пришли, то предлагаем приехать с телефоном. Хотели, чтобы я приехала к ним с мобильником, они бы зашли на мой канал, посмотрели, откуда написан коммент, с моего ли аккаунта…

Я ничего не ответила. Телефон же сломался», — улыбается Ольга. 

Токарчук говорит, что, несмотря на задержание и уголовную статью, прекращать блогерскую деятельность пока не намерена. Тем более, что она работает на себя. Говорит, что занимается дизайном. Поэтому увольнения не боится.

Муж, по словам Ольги, ее поддерживает, но сам активности не проявляет. Тем более, что работает в государственном магазине.

«Я его подбивала на забастовку, но ответ был такой: я буду страховать семью. Хочешь — занимайся активизмом сама, я тебе мешать не буду.

Ну и переживает за меня, конечно. Кстати, у нас сегодня, 5 марта, — 10-летие брака!

Что делать дальше, мы пока не обсуждали. Но и муж знает, что я не остановлюсь, и они знают. Потому что если всё остановится — мы проиграем», — говорит Токарчук.

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?