«Во-первых, я из Пинска», или 25 адресов Столицы Полесья, которые надо увидеть МНОГО ФОТО 11

Автор: Сергей Микулевич, фото Надежды Бужан

ХХ век с его унификацией нивелировал к единому блочно-бетонному эталону все белорусские города — особенно небольшие, в которых еще и легче поглотить архитектурное наследие новостройками. Но Пинску удалось сохранить свой стиль и логику.

Исторический центр города, например, оказался на его окраине. Да и сам Пинск ютится на окраине Беларуси. Эта отдаленность, видимо, и помогла ему сохранить то, что в центральных районах давно бы исчезло.

Впрочем, до Пинска не так уж далеко, как может показаться.

Но самая короткая к нему дорога, по километражу, — через Несвиж и Ганцевичи — самая «длинная» по времени. Лучше ехать по Брестскому шоссе и в районе Ивацевичей повернуть налево. Три часа дороги — и вот она, Столица Полесья.

Отара овец и шагаловских козочек при въезде в город самопасом переходит проезжую часть.

В спальных микрорайонах — прямо при дворах, у продуктовых магазинов, на специально вынесенных столах да и на земле — идет торговля полесскими полукилограммовыми помидорами.

Все это можно увидеть, пока едешь к центру.

С парковкой в ​​столице Полесья так: машину можно оставить, например, около синего речного вокзальчика, неподалеку от здания иезуитского коллегиума. И подняться на крутую гору — в самую старую часть Пинска.

Пинск Войшелка

Далекий от Полоцка, Вильны и Минска Пинск несколько раз сыграл в истории Беларуси решающую роль.

Неизвестно, удержалось бы, например, Великое Княжество Литовское (ВКЛ) в конце XIII века, если бы не пинские дружины. Мощная Галицкая Русь навязывала молодому государству «союзные отношения», а князья-конкуренты после убийства создателя ВКЛ Миндовга, никак не могли разобраться, кто из них главный…

В Пинск, спасаясь от убийц Миндовга, бежал его сын Войшелк. Чтобы впоследствии при поддержке пинчан вернуть себе власть.

Тогда, семьсот лет назад, центр Пинска лежал где-то среди нынешних хрущевок, которые занимают западную сторону центральной площади Ленина.

Отсюда, с радостью согласившись показать нам Пинск, начинает свою экскурсию краевед Евгений Салейчук.

Евгений Салейчук.

Буквально два шага от площади — и оказываешься на живописной улочке Чайковского.

Отсюда, где из-под асфальта выныривает базальтовая брусчатка и стоят старинные каменные дома и хаты с неровными стенами, тропа вьется на городские валы. Они сохранились на задворках судоремонтного завода.

Пинский Бэтмен

Как повсеместно в районных городах, среди дня центральная площадь Пинска пустовата. Спасают школьные каникулы: молодежь на самокатах и со смартфонами осваивает городское пространство вокруг памятника… Кому это памятник?

Самые младшие говорят — Бэтмену: вон какой у него плащ.

Итальянское не прижилось

Дети играют в тени самого старинного пинского здания — иезуитского коллегиума.

Его строили по примеру итальянских строений, с открытой аркадой на первом этаже — как в Ягеллонском университете Кракова.

Но в начале ХХ века проемы замуровали: то ли белорусская зима внесла коррективы, то ли вкусы поменялись.

Чего только не было в этом здании за триста лет — и школа, и тюрьма, и ЗАГС.

Сейчас здесь музей. В нем можно увидеть глиняный черепок с фрагментом надписи «рополчевино»: возможно, это любитель крафта XIII века нацарапал: «Ярополково вино». Есть в музее и велосипед, сделанный исключительно из дерева — на нем в 1930-е приехал в город крестьянин-полешук Ильючик и продал его в музей за десять злотых.

Доминанта

Рядом с коллегиумом, на площади находился костел Святого Станислава — самый больший в Великом Княжестве Литовском.

Говаривали, на его 28-метровую башню взбирался шведский король Карл XII и, оглядев простиравшиеся за рекой бескрайние болота, нацарапал на стене граффити на латинском языке: «Non plus ultra» («Дальше некуда»).

Здесь стояло самое большое здание ВКЛ.

Болота с тех пор изменились мало, а костел тот взорвали. Он остался только на городских граффити.

Виленский Дух

В очертаниях Пинска есть виленский дух.

На протяжении всего советского времени здесь счастливо просуществовала улица Завальная, которая огибала городские валы. Была и своя Великая.

Теперешняя улица Ленина, главная историческая улица старого Пинска, поменяла тьму названий за время существования. «Все время она имела это прилагательное в своем названии (Великая Спасская, Великая Францисканская, Великая Киевская), — говорит Евгений Салейчук. — Я бы остановился просто на Великой, чтобы избежать споров и обид».

Еще с советских времен эта улица пешеходная.

На нынешнюю белорусскую столице Пинск похож современной планировкой.

Как когда-то через Минск прорубили с запада на восток широкий проспект, так и в Пинске «распахнули» от минской дороги до моста через Пину улицу Первомайскую.

Соль

«Во-первых, я из Пинска» — такой девиз украшает памятник пинчанину, встречающему гостей у начала улицы.

Так будто бы пинчане говорили в качестве приветствия, когда выбирались из родного города. По одежде это крестьянин: соломенная шляпа, лубяная ка́йстра (сума), но есть в скульптурном портрете что-то и от местного еврейского купца прошлых веков, которого можно было бы представить с мешком соли.

Пинские евреи контролировали торговлю солью. И, ходит такая байка, именно они, из страха потерять свою одномоментную выгоду, были против того, чтобы через Пинск прокладывали железную дорогу. В результате железная дорога пошла через деревню Лунинец и превратила его в город. А Пинск — остался Пинском.

Нынешняя пинская синагога.

Ванна, телефон и танцы

На углу пешеходной улицы, как напоминание о золотых, щедро посыпанных дорогостоящей солью временах — здание бывшего отеля «Английский».

В его номерах люкс в начале ХХ века были телефоны и ванны. Правда, водопровода не было и обслуга наполняла ванны вручную. А за отелем, ближе к реке, стоял ресторан «Парадиз», который славился своей женской танцевальной группой «фурданцерок» (так в Пинске называли девчат, которые приехали сюда искать счастья и зарабатывали танцами).

А неподалеку — домик, который также славился дамской группой, но не танцевальной. Тот коллектив, говорят, существовал при всех властях — и при поляках, и при большевиках, и при немцах.

Бриллиант

Но стоит вернуться назад, на пешеходную улицу. Тем более, что впереди — визитка современного Пинска — кафедральный католический храм Вознесения Наисвятейшей Девы Марии.

Основанный еще в конце XIV века, он был построен из камня в XVIII в., в парадной, но без чрезмерной пышности, белорусской барочной стилистике.

Костёльный двор.

То же место 150 лет назад, на гравюре Наполеона Орды.

По этому, относительно небольшому, храме можно ходить целый час.

Рассматривать амвон, балдахин над которым, возможно, сделан из цельного куска дерева, самую старую икону XVI в., орган, восстановление которого финансировал основатель портала Tut.by Юрий Зиссер.

Самая старая икона в храме — ей четыреста лет.

Интересна и фреска начала ХХ в. — на ней, наряду с героями библейской истории, изображены пинчуки в костюмах того времени: крестьянин с крестьянкой, интеллигент и мальчик.

Под сводами пинского кафедрального храма похоронен кардинал Казимир Свёнтек, много сделавший и для сохранения католичества в советский период и для того, чтобы оно с обретением независимости стало белорусским.

Мама Пинска

Но самый знаменитый образ в храме — «Пинская Мадонна» Альфреда Ромера.

«Пинская Мадонна» Альфреда Ромера — в центре снимка.

Интересно, что художник писал Богоматерь с местной еврейской женщины.

Кардинал Казимир Свёнтек вспоминал, что в советское время Эрмитаж предлагал профинансировать реставрацию всего храма в обмен на эту Мадонну. Но Свёнтек отдал: «Как же Пинск будет без Мамы Пинской?»

Свёнтек

Улица Казимира Свёнтека — тут же, спускается от францисканского монастыря к Пины, вдоль комплекса зданий семинарии.

 
Казимир Свёнтек. 
Первый белорусский кардинал. Родился в Эстонии в 1914 году в польской дворянской семье. В период Первой мировой войны семья оказалась в Беларуси. В Пинске учился в духовной семинарии в 1930-е гг. Провел 10 лет в ГУЛАГе. С 1954 г. являлся настоятелем костёла в Пинске. В 1991 г. стал архиепископом образованного тогда Минско-Могилевского архидиоцеза (архиепархии), куда относится и Пинский диоцез. Умер в 2011 году.

Можно увидеть приоткрытую дверь в склеп, где за решеткой, в полумраке — мраморное надгробие Свёнтека. Неподалеку во дворе костела — батут, на котором прыгают дети.

Кофе со вкусом огурца

После того как торговля солью потеряла смысл, главным пинским бизнесом стали огурцы. Пинск, а точнее пригородное село Пинковичи, считался огуречной столицей Беларуси. Но и это в прошлом: таких мегапарников, как те, что ближе к Турову, в Ольшанах и Рубели, здесь не увидишь.

Пинск закрепил за собой имидж огуречной столицы иным способом: на пешеходной улице теперь можно продегустировать «кофе по-пински» — со вкусом огурца.

Пинская шляхта

Мало кто, кроме специалистов, знает, что оригинал комедии «Пинская шляхта», найденный в бумагах Винцента Дунина-Марцинкевича, был написан пинским говором, а не литературным белорусским языком, на котором это произведение сегодня изучают в школах. И единственное место в стране, где вживую можно услышать, как на самом деле говорили Протасовицкие и Тюхай-Липские — Полесский драматический театр имени Дунина-Марцинкевича в Пинске, который в настоящее время переживает легкий ремонт.

Набережная

Тяжело поверить, что еще пару десятков лет назад, в советское время, в центре Пинска не было ни кафе, ни других развлечений. И любимым местом встреч для молодежи была набережная Пины.

Та набережная под старыми липами до сих пор популярна, хотя и в развлечениях сегодня недостатка нет.

Единственный мост через Пину разрушили и будут менять: напугала авария туровского моста, где несколько лет назад обвалился пролет. А для автомобилей навели «гремучую» понтонную переправу.

Дом Грегоровича

Набережная проходит параллельно пешеходной улице Ленина. На спуске к ней — дом Грегоровича, известного пинского ресторатора начала ХХ века. В его ресторане бывали политики, общественные деятели, литературные классики. Стоял он дальше, в конце улицы. А особняк прячется в тени громадных грецких орехов, их прошлогодняя скорлупа трещит под ногами.

Капустинский

Ресторан Грегоровича, а точнее кондитерская фабрика, которая была при нем, увековечена в детских воспоминаниях Рышарда Капустинского — польского писателя и журналиста, которого называли «королем репортажа».

Детские годы Капустинского прошли в Пинске — родители-педагоги приехали сюда из Польши в поисках работы. А в 1939-м, спасаясь от высылки в Сибирь, они вернулись на запад.

Как Марк Шагал искал родной Витебск во всех городах, где приходилось жить, так и Капустинский искал повсюду приметы того, памятного с детства, Пинска.

В кондитерскую Грегоровича мама приводила маленького Рышарда «на лёды» (мороженное) в награду за хорошее поведение. А хорошо себя вел он — всегда. 

Чудом сохранился дом, в котором жила семья Капустинских. Он довольно далеко от кондитерской Грегоровича. Интересно, что прямо напротив него — новый необычный магазин-кафе.

Речь о «Коктейле» на Первомайской, 55.

Напитки со вкусом путешествий

Путешественник Капустинский, объехавший Африку, Латинскую Америку, Азию это бы оценил. Здесь можно отведать и кофе, и чаю со всего света.

Владелец «Коктейля» на Первомайской, 55 — Игорь Уфимцев, он также немало путешествовал: родом из российского Прокопьевска Кемеровской области, учился в Ленинграде на горного инженера и был распределен в Солигорск, на калийные шахты.

Игорь Уфимцев.

Сегодня он собственник компании «Энергия», в которой работает 140 человек (официальный дистрибьютор торговой марки «Ahmad Tea»). История его успеха — это история энергичного человека, который в 90-е впрягся в бизнес, занимался техникой, компьютерами, вином. В конце концов, прикипел к чаю и кофе — занимается этим делом уже более 20 лет.

Магазины в Пинске (и еще два в Солигорске) для него не просто торговые точки, но и миссия: вернуть культуру потребления кофе и чая и привить хороший вкус к ним.

Игорь может часами рассказывать, какой чай где растет и чем высокогорный отличается от равнинного, какой кофе и как следует молоть, чтобы получить идеальный вкус (и послевкусие!)

И таких же энциклопедических знаний добивается он от своих сотрудников.

Его магазин-кафе, оформленный в экспериментальном старолондонском стиле — с зелеными панелями на стенах, буккроссингом и стильными светильниками — ждет возвращения с каникул студенческой молодежи.

Бизнесы

Вообще, необычные бизнесы — пинская фишка. На берегу Пины мы познакомились со Святославом, капитаном моторного катамарана, который катает по реке всех желающих. 

Свое судно он спроектировал сам. Мастерски крутит штурвал, обминая лески охотников на сомов.

Не ругаются ли рыбаки за то, что пугает рыбу? Нет, говорит наоборот — после того как проплывет катер, сом лучше берется. А берется сом не лишь бы на что — на жареную курицу. Недешевая эта страсть: пинская рыбалка.

Навстречу проносятся школьники на каноэ — тренируется спортивная школа.

Ракета на подводных крыльях — такие раньше ходили до самого Киева, а в окрестностях Пинска заменяли местные рейсовые автобусы. Движение остановилось после Чернобыля: сократился поток пассажиров.

Памятник вьюну

Пинск — наверное, единственное место на свете, где две реки, слившись, сразу же расходятся снова. В неторопливую Пину впадает Струмень, как здесь называют верхнюю Припять. А через пару десятков метров она снова обособляется, сделав резкий поворот в сторону. 

Лучший ракурс на это слияние-разлитие рек — от памятника вьюну, еще одной пинской уникальной достопримечательности.

Вообще-то, рыбам памятников ставить не принято, но здесь исключительный случай: полесский вьюн кормил пинчан с их бедных заболоченных полей. Вьюнов здесь ловили и сушили целыми мешками.

Золотые Пески и Собачка

На месте слияния Пины и Припяти светлеет городской пляж Золотые Пески. Любителей позагорать в «апрельскую» погоду в конце июля находится немного.

Но в сезон, говорит Святослав, он регулярно перевозит людей на пляж. Помимо Золотых Песков, за мостом есть еще один пляж, безымянный. А участок реки за ним называется Собачка. Почему — неизвестно. Брутальная версия гласит, что в былые времена там негуманно прощались с домашними питомцами. 

Этому лежебоке, плавающему вместе со Святославом, ничего не угрожает.

Дворец Бутримовича

«На Полесье что ни грунтик — то Скирмунтик… что ни морда — то Орда». Так фривольно сто лет назад рифмовали топовых пинских землевладельцев.

Бутримовичы, Скирмунты, Орды были здесь самыми крупными землевладельцами, из их семей выходили политики, художники, государственные деятели.

Старые городские кладбища мало где сохранились. Мрамор и гранит минских памятников пошел на отделку новых тротуаров. В Янове (Иванове) на месте фамильного склепа Наполеона Орды стоит школа. Пинск с его огромным погостом XIX века — уникален.

И все они породнились за века. Вот, например, пинский дворец Бутримовича, который, согласно легенде, был заложен последним королем Речи Посполитой Станиславом Августом Понятовским, на протяжении некоторого времени принадлежал Скирмунтам.

А знаменитый художник Наполеон Орда приходился тому Бутримовичу родным внуком, и его уникальные гравюры, по которым можно судить, как выглядел наш край 150 лет назад, здесь хранились.

Мотобол

Дворец Бутримовича находится при улице Ровецкой — еще одно старинное название, от слова «ров».

Спуск вниз, ко рву, оборонявшему древний замок, до сих пор читается в современном пинском рельефе.

Когда идут сильные дожди, дворец заливает: ирригационная система была нарушена, когда в 1960-е между дворцом и Пиной построили гостиницу «Припять».

А рядом — отель, возведенный в начале 1980-х специально для участников Чемпионата Европы по мотоболу.

Это тот же футбол, только на мотоциклах. Пинск в советские времена считался столицей не только Полесья и огурцов, но и белорусского мотобола.

Хотя не все традиции куртуазных времен Бутримовича и Понятовского позабыты: во флигеле дворца ныне прописался один из самых модных ночных клубов Пинска.

Каролин

За дворцом Бутримовича начинается предместье Каролин. Здесь сохранились деревянные одноэтажные домики и улицы, по которым бегала, приезжая из Киева на лето к бабушке, будущая премьер-министр Израиля Голда Меир.

Находившийся здесь огромный каменный замок Вишневецких не сохранился. Хотя каждый коренной житель Пинска готов рассказывать о подземных ходах где-то в районе студенческих общежитий Полесского университета.

Руины замка Вишневецких во времена Наполеона Орды.

В Каролине сохранилась деревянная архитектура времен межвоенной Польши в модном тогда стиле функционализма.

Где венчался Колос?

Здесь же неподалеку — православная Свято-Варваринская церковь. Табличка на ней гласит, что в этом храме Якуб Колас обвенчался со своей женой, Марией Каменской. Будущий классик литературы, отсидев в тюрьме за общественную деятельность, в 1912-м нашел в Пинске работу учителя и прожил здесь несколько лет.

Правда, знающие люди говорят, что их венчали совсем не здесь, а в железнодорожной церкви на вокзале, где служил священником будущий тесть.

Рядом с церковью сохранилось монастырское здание, в котором в начале ХХ века был городской роддом. Здесь-то и появился на свет Рышард Капустинский. И это уже бесспорно.

Сама церковь имеет характерные католические очертания. И это не удивительно: строилась она в XVIII веке как костел бернардинского монастыря, а православным была отдана после разгрома восстания 1830-31 гг.

Монахи-коммунисты

На соседней улице — костел коммунистов. Был такой монашеский орден, который проповедовал жизнь в коммуне. Еще до Маркса и Ленина. 

«Барочная игрушка, которой мог бы гордиться любой европейский город» — так называл это здание Владимир Короткевич, когда призывал взять его под охрану.

И это удалось. Костел стоял заброшенным в советское время, а сегодня здесь концертный зал. Афиша приглашает на концерт музыки Шопена.

Жилгородок

Остатки старого малоэтажного Пинска, ферментированного и пересыпанного многоквартирными домами поновее, мы видели на протяжении всей прогулки по городу.

Современный же коттеджный поселок находится там, где Пинск сливается с деревней Крайновичи. Была в 1990-е попытка официально назвать Крайновичами всю эту часть Пинска. Но не прижилось: по-прежнему называют Жилгородок. Его фешенебельный район открывается баптистской церковью.

Евангелистские традиции на Полесье сильны. Баптисты трезвые, трудолюбивые и дружные. Многие из этих аккуратных домиков им и принадлежат.

Падгородцы и заречуки

Интересно, что сами пинчуки никогда не называли себя полешуками. «Нет, это не мы, — говорили они приезжим этнографам. — Полешуки там, дальше». И махали рукой куда-то за горизонт.

А как назывались? Тех, кто жил в несколько окультуренной Пинско-Припятской сельве, за рекой Пиной, называли заречуками. Относились к ним подозрительно. Подгородцами же называли жителей северного, высокого и сухого берега Пины. Тех, кто мог доехать до Пинска и вернуться домой в тот же день. Вот Пина и определяла, кто ты.

Главный секрет Пины

Но о главном секрете чудесной пинской реки мы едва не забыли. По Пине же можно попасть в любой океан. Поплывешь вверх — через Буг и Вислу попадешь в Балтику. Поплывешь вниз — через Припять и Днепр попадешь в Черное море. Так что Пинск, фактически, лежит в середине мира.

3
Васіль / Ответить
13.08.2019 / 21:50
Хораша!
10
tsatko / Ответить
13.08.2019 / 22:22
Дзякуй за цудоўны артыкул. Зрабіце, калі ласка, такі ж пра Мазыр - няхай чытачы самі вырашаць, дзе сталіца Палесся :)
2
Мімаходзь / Ответить
13.08.2019 / 23:35
Дзякуй.
Показать все комментарии/ 11 /
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера